Эскиз костюма Жар-птицы к балету «Жар-птица»Бакст Леон, 1922 г.

Бумага, карандаш, акварель и гуашь, усиленные серебром и золотом; 68×49 см Приобретено в 2013 г. в Лондоне на аукционе «Christie's»

Балет, написанный по мотивам русских народных сказок о Царевиче и волшебной птице, которая является одновременно и благословением, и проклятием для человека, завладевшего ей, был впервые представлен в Париже 25 июня 1910 года. Импресарио Сергей Дягилев первоначально привлек композитора Анатолия Лядова для написания музыки. Лядов работал слишком медленно и не успел к премьере. Дягилев передал заказ 28-летнему Игорю Стравинскому, талантливому молодому ученику Николая Римского-Корсакова, что послужило также началом их плодотворного сотрудничества. Заказ на декорации и костюмы статистов был дан выдающемуся русскому художнику Александру Головину. Но самый невероятный успех имели не музыка новатора Стравинского, не декорации Головина, а костюмы Жар птицы и Царевны Ненаглядной красы, созданные Львом Бакстом.

Бакст создал 3 или 4 варианта костюма Жар-птицы, один из которых – самый известный – выполнен в динамике танца. Все они пронизаны невиданной в Париже экзотикой и фантазией русской народной сказки.

Представленный на выставке эскиз, приобретенный в 2011 году для корпоративной коллекции Белгазпромбанка на крупном европейском аукционе, стал первым произведением Бакста в Беларуси, созданным в оригинальной технике. Рисунок Бакста – статичен, почти симметричен, но полон многими великолепными деталями, созданными богатой фантазией мастера, а именно: рисунком головного убора-оперенья, полосатыми золочеными шароварами, невероятной формой юбки с бахромой, тяжелыми золотыми браслетами на руках. Костюм решен в жарких красных, оранжевых и золотых огненных тонах. По задумке Бакста, он должен излучать свет, переданный исключительно цветом.

«И откуда Бакст оказался таким колористом, таким красочником? – вопрошал его друг художник Александр Бенуа, хорошо знавший живописное творчество своего коллеги. – Вот поистине человек нашел себя, нашел, наконец, настоящее свое предназначение».

И хотя Серов упрекал Бакста в том, что по его эскизам, которые столь великолепны в рисунке, невероятно трудно сшить костюмы для балерин, столь они изощрены и детализированы, а часто и не приспособлены для танца, эскизы Бакста вошли в историю не только театра, но и мирового искусства. Костюмы шились и русскими, и парижскими портными, в частности костюмером Императорских театров И.И. Каффи и мадемуазелью Мюэль из Парижа (именно так ее имя было указано в программке балета).



Реинкарнация легендарной «Жар-птицы» Новости, 24.09.2014